 |
|
Дома, украшавшие улицу, были отделены друг от друга садами и лужайками, а сама она упиралась в луг, где паслись стада и росли полевые цветы и где шум и..
Алан Маршалл (Alan Marshall)
«В сердце моем»
Путешественник сделал неопределенное движение рукой; офицеру и не надо было ничего лучшего, ибо сейчас он мог сам все объяснять. -- Этот аппа..
Франц Кафка (Franz Kafka)
«В поселении осужденных»
Он не дает сбить себя с пути соблазнам сентиментальности, красноречия, развлекательства, пафоса, — всей этой пышной процессии ошибок, которая проходит по белому листу ..
Джозеф Конрад (Joseph Conrad)
«Ги де Мопассан»
Смотрите также:
Аннотация к книге Любовник леди Чаттерлей
Женщины в любви Дэвид Гарберт Лоуренс
Любовник леди Чаттерли Дэвид Герберт Лоуренс
Вы читаете «Англия, моя Англия», страница 2 (прочитано 4%)
«Lady Chatterley's Lover», закладка на странице 10 (прочитано 21%)
-- крестьяне, которые
самостоятельное хозяйство на земле, являвшейся их наследственным наделом.
Дом был древний и очень неудобный для жилья. Но Эгберт ничего не хотел
менять. Как хорошо сидеть вечерами у широкого, почерневшего от времени
камина, когда над крышей ревет ветер, а в очаге уютно трещат дрова,
наколотые собственными руками! По одну сторону он, по другую --Уинифред.
Уинифред! Как он желал ее! Молодая, красивая, полная жизни, словно
пламя под солнцем. Она двигалась со сдержанной грацией, таящей энергию, как
если бы куст, весь в пунцовом цвету, пришел в движение. Казалось, она тоже
шагнула в сегодняшний день из старой Англии -- румяная, крепкая, с какой-то
грубоватой истовой основательностью, налитая здоровьем, как ветка
боярышника. А он, он был похож на английского лучника, высокий, стройный,
быстрый, с упругими длинными ногами и благородной осанкой. Волосы у нее были
ореховые, кудрявые, все в тугих завитках. У нее и глаза были ореховые,
ясные, словно у птицы малиновки. А он был белокож, волосы у него были
тонкие, шелковистые, светлые, хотя с годами потемнели, а нос с горбинкой,
как у всех в его старинном сельском роду. Они были красивой парой.
Дом принадлежал Уинифред. Ее отец был тоже человек энергичный. Он
приехал с севера бедняком. Теперь он владел порядочным состоянием. Этот
участок отличной земли в Гемпшире он купил недорого. Его собственный дом
стоял, отступая от дороги, неподалеку от крохотной церковки посредине почти
вымершего селения -- поместительный старый фермерский дом в глубине пустого
двора, заросшего травой. По одну сторону четырехугольной площадки тянулось
длинное-длинное строение, не то бывший амбар, не то сарай, приспособленный
им для младшей дочери, Присциллы. На длинных окнах висели белые в голубую
клеточку занавески, внутри, под крутобокой крышей, красовались могучие
старые балки. Здесь был дом Присей. Дальше, ярдах в пятидесяти,--
хорошенький новый домик, который он построил для другой дочери, Магдалены, и
при нем огород до самой опушки молодой дубовой рощицы. А за садом,
примыкающим к дому, за газонами и кустами роз тянулся проселок -- по пустырю
с буйными зарослями бурьяна, по дамбе над запрудой, где росли высокие черные
сосны; между соснами, по краю болотца на уклоне, под раскидистыми угрюмыми
дубами,-- пока не упирался неожиданно в приземистый домишко Уинифред, такой
уединенный и одичалый.
Дом был собственностью Уинифред, и сад, и кусочек пустоши, и топкий
склон -- все это были ее владения, ее маленькое королевство. Когда лет за
десять до войны ее отец купил эту землю, она как раз собиралась замуж и
смогла прийти к Эгберту с таким приданым. Трудно сказать, кто этому больше
радовался, он или она. Ей было в то время всего двадцать лет, ему -- всего
на год больше.
Страницы: (27) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
...
Пан Квецинский был красивый юноша: высокий, смуглый, темноглазый, с
черными усиками и очень старательно ухоженными волосами. У него был чудесный
характер и необычайно отзывчивое сердце. Две недели назад он вернулся из
деревни, куда на время каникул нанялся в гувернеры и где едва не обручился с
восемнадцатилетней сестрой своего воспитанника. А в настоящее время он
вступил в очень тесные отношения с продавщицей из магазина, что успело
отразиться на его кармане, запечатлелось на физиономии и придало ей строгое
и утомленное выражение.
Красивая фамилия еще в гимназии дала повод товарищам прозвать
Квецинского - "Квятек" - "Цветок". А когда он был на первом курсе, некая
бонна устроила ему скандал, крича на весь двор: "Я тебе никогда это не
забуду!" - и с тех пор его называли "Незабудкой". Прозвище поначалу огорчало
Квецинского; но так как с каждым годом у него становилось все больше
огорчений, он в конце концов успокоился, тем более что на девушек прозвище
не производило дурного впечатления.
Он страстно желал успешно окончить университет и стать знаменитым
адвокатом. И прежде всего - изменить легкомысленный образ жизни, прекратить
вечные любовные интрижки, быть верным одной женщине, своей избраннице.
Возникал только вопрос: которой? - ведь он давал клятвы нескольким женщинам
и каждая из них считала его своей собственностью.
Как бы дополнением к Квецинскому был Леськевич, естественник, тоже
брюнет, но низкого роста, сутулый, рябой; он отпустил бороду, закрывавшую
половину лица и придававшую ему мрачное выражение.
Душа пана Леськевича тоже не знала покоя, но отнюдь не из-за сердечных
дел. Он был стипендиатом, что обязывало его каждые полгода хорошо сдавать
экзамены - а посему три месяца в каждом полугодии он томился от сознания,
что "надо взяться за работу", а в течение месяца отчаянно терзался из-за
того, что "время уже упущено" - но экзамен все-таки сдавал.
Его жизнь полна была горечи и помимо тревог, связанных с экзаменами,
ибо он считал, что подвержен тяжелым заболеваниям желудка, сердца и печени;
он сомневался, излечится ли когда-нибудь, и до сих пор не встретил врача,
который бы...
