 |
|
Джаз-бэнд просто словно взрывом разметывает по сторонам -- это образно, -- если выключается бас. Остальным музыкантам моментально, как после удара, все начинает казаться бессмысленным...
Патрик Зюскинд (Patrik Suskind)
«Контрабас»
- Мой привет вам, королева! Нежней не выражу свою любовь, Чем этим поцелуем. - О господь, Жизнь давший мне, дай сердцу благодарность!..
Уильям Шекспир (William Shakespeare)
«Генрих VI, часть вторая»
Вовремя кашлянуть - это, знаете ли, иногда решает. Я, конечно, не предлагаю на это дело одних чахоточных. Зачем же. Где ткани - там всегда пыль ужасная. Но - маленький ро..
Кэри Джойс (Cary Joyce)
«Психолог»
Смотрите также:
Аннотация к книге Любовник леди Чаттерлей
Женщины в любви Дэвид Гарберт Лоуренс
Вы читаете «Победитель на деревянной лошадке», страница 11 (прочитано 100%)
«Lady Chatterley's Lover», закладка на странице 10 (прочитано 21%)
«Англия, моя Англия», закладка на странице 10 (прочитано 35%)
«Дочь барышника», закладка на странице 10 (прочитано 75%)
«Запах хризантем», закладка на странице 10 (прочитано 64%)
«Любовник леди Чаттерли», закладка на странице 10 (прочитано 4%)
Садовник, приземистый парень с темными усиками и колючими темными
глазками, на цыпочках вошел в комнату; дотронувшись до воображаемой кепки,
поклонился матери Поля и боязливо двинулся к кровати, не сводя блестящих
маленьких глаз с умирающего ребенка.
-- Мастер Поль!-- зашептал он.-- Мастер Поль! Малабар пришел первым,
наша взяла, чистая победа. Я сделал, как вы мне сказали. Вы выиграли больше
семидесяти тысяч фунтов, так оно и есть, теперь у вас больше восьмидесяти
тысяч. Малабар пришел первым, мастер Поль.
-- Малабар! Малабар! Мама, я же говорил Малабар, правда? Я же говорил?
Как ты думаешь, мама, я везучий? Я ведь знал про Малабара, правда? Больше
восьмидесяти тысяч фунтов! Я ведь знал, верно, я ведь знал? Малабар пришел
первым, наша взяла. Если мне удастся обрести уверенность, я говорю тебе,
Бассет, тогда ты можешь ставить сколько угодно. Бассет, ты поставил на все
свои деньги?
-- Я поставил тысячу, мастер Поль.
-- Я раньше не говорил тебе, мама: если я скачу на коне и добираюсь
туда, я совершенно уверен . . . совершенно! Мама, я тебе уже говорил? Я
везучий!
-- Нет, не говорил,-- отозвалась мать.
Ночью мальчик умер.
Он уже был мертв, а в ушах матери звучал голос брата:
-- Бог мой, Эстер, на твое счастье и несчастье нашего бедного
мальчугана, у тебя теперь целых восемьдесят тысяч. Бедный наш мальчик,
бедный наш мальчик, может, это и к лучшему, что он ушел из жизни, которая
заставляет ребенка скакать на деревянной лошадке, чтобы угадать победителя.
Страницы: (11) : << ... 34567891011
Тем временем:
... Альберт,
его внучатый племянник, отправился за ним в Портсмут на своем форде, к
вечеру они должны были приехать.
-- Только представьте себе, -- говорила миссис Джордж, -- он не был
здесь больше пятидесяти лет. Он даже никогда не видел моего Джорджа, а ему
уже пошел пятьдесят первый год.
-- А что думает об этом миссис Медоуз? -- спросил я.
-- Ну, ведь вы ее знаете. Она сидит и улыбается про себя. Сказала
только: "Он был красивым парнем, когда уезжал, но не таким положительным,
как его брат". Вот поэтому она и выбрала отца моего Джорджа. Она еще
говорит: "Теперь-то, вероятно, он угомонился".
Миссис Джордж пригласила меня зайти познакомиться с ним. С наивностью
деревенской жительницы, которая если и уезжала из дома, то не дальше, чем в
Лондон, она считала, что, раз мы оба побывали в Китае, у нас должны быть
общие интересы. Конечно, я принял приглашение. Когда я пришел, вся семья
была в сборе; все сидели в большой старой кухне с каменным полом, миссис
Медоуз -- на стуле у огня, держась очень прямо и в своем парадном шелковом
платье, что меня позабавило, сын с женой и детьми -- за столом. По другую
сторону камина сидел сгорбленный старик. Он был очень худ, и кожа висела на
его костях, как старый, слишком широкий пиджак. Лицо у него было морщинистое
и желтое; во рту не осталось почти ни одного зуба.
Мы поздоровались с ним за руку.
-- Очень рад, что вы благополучно добрались сюда, мистер Медоуз, --
сказал я.
-- Капитан, -- поправил он меня.
-- Он прошел всю аллею, -- сказал мне Альберт, его внучатый племянник.
-- Когда мы подъехали к воротам, он заставил меня остановить машину и
заявил, что хочет идти пешком.
-- А ведь я целых два года был прикован к кровати. Меня снесли на руках
и посадили в машину. Я думал, что никогда уже не смогу ходить, но когда я их
увидел, эти самые вязы, -- помню, отец их очень любил, -- то почувствовал,
что опять могу двигать ногами...
Уильям Сомерсет Моэм (William Somerset Maugham)
«Возвращение»
